Екатерина Горяева: «Характеры своих героинь я присваиваю себе на три часа»

Эта обаятельная женщина в жизни выглядит скромной и сдержанной

Но, как настоящая актриса, до неузнаваемости преображается на сцене. Чего стоит одна из самых значимых для нее ролей – Васса Железнова! В канун юбилея актрисы мы беседуем с ней о разных ролях ее жизни – актрисы, жены и матери.

Не смешивать семью и работу

– Екатерина Геннадьевна, расскажите, как началась ваша театральная карьера?

– Я родилась в городе Кирове. Моя мама работала художником по свету в двух кировских театрах: драмы и в ТЮЗе. Так что я была закулисным ребенком. Когда мне было лет восемь, меня пригласили в спектакль, где нужно было сыграть мальчика. Мне было очень интересно, с тех пор я мечтала о театре. Окончила Свердловский театральный институт, приехала по распределению в Курган и тружусь здесь до сих пор. Меня очень хорошо приняли коллектив и режиссер. Даже в самые тяжелые годы у меня никогда не было мысли расстаться с театром.

– Вы работаете вместе с мужем (заслуженным артистом РФ Сергеем Радьковым). А ваши дети тоже хотят стать актерами?

– Однажды у нас был спектакль «Леди Макбет Мценского уезда, и наш младший сын Степа сыграл там роль мальчика. Сейчас Степан собирается поступать в театральный. Мы поддерживаем его, но от нашего желания немного зависит. Он учится в десятом классе, так что время на раздумья еще есть.

Старший сын Арсений учился в школе-студии МХАТ и, можно сказать, пошел по стопам бабушки. Сейчас он работает художником по свету в Москве, в театре Табакова.

– Вам приходилось играть очень разные роли - драматические, комедийные. Как вы настраиваетесь на роль?

– Перед «Морфием», «Вассой» я прихожу в театр заранее, чтобы остаться здесь наедине с собой. Вот в спектакле «Очи черные» у меня незамысловатая роль, но я тоже настраиваюсь, готовлюсь. Роли разные, в этом и интерес. Иногда мне надо просто от всего отвлечься, я сажусь вязать, и мысли освобождаются. Иногда нужно подучить слова, если редко играем спектакль. Мы обычно не текст повторяем, а вопрос: «Что я здесь делаю»? Он помогает вспомнить действие.

Характеры своих героинь я присваиваю себе на три часа, я в этих обстоятельствах живу, но на самом деле у меня другая жизнь. Конечно, после «Вассы» «шлейф» остается, это, наверное, неизбежно. Но, придя домой из театра, сразу возвращаюсь в семью. Мы с мужем так договорились: работу оставляем на работе, не тянем лишнего в дом.

– Супруг может давать вам советы относительно ролей?

– Естественно, его мнение для меня очень важно. Иногда сын тоже высказывает свои мысли. Он не профессионал, но мне интересно, как он воспринимает происходящее на сцене. Как бы ни дружили разные поколения, восприятие у них всегда разное. Конечно, у нас есть спектакли специально для молодежи, например, «Вдох-выдох», но в основном режиссеры хотят, чтобы постановка была интересна людям всех возрастов: и солидной женщине, и подростку, чтобы он о чем-то задумался. Степа меня порадовал после просмотра «Морфия», сказал, что он такого не ожидал. Степан редко показывает свои чувства, но когда он впервые увидел «Вассу», то со слезами выходил со спектакля. Это приятно, значит, не все потеряно в нынешнем поколении. Если зритель эмоционально зацеплен, он будет смотреть, а если его не трогает происходящее, начнет ронять номерки, жевать конфетки и смотреть в телефон.

Любимая роль

– В молодости вы сыграли в фильме «Снайперы». Хотелось ли снова сняться в кино?

– Конечно, желание было, но театр всегда был для меня во главе угла. Лет шесть назад, когда внучка была маленькая, мы ездили с мужем в Москву в гости к сыну, ну и побегали по кастингам. Но это было не ради славы. Муж каждый год снимается в небольших сериалах, а я – один раз в «Прокурорской проверке», в роли директора школы. Если говорить о серьезном кино, то туда, конечно, не попасть. Кастинг-директора в провинцию практически не выезжают.

– Со спектаклем «Васса» вы участвовали во внеконкурсной программе фестиваля «Золотая маска». Поделитесь впечатлениями от поездки.

– На съемках, фестивалях, гастролях всегда очень важно пообщаться с коллегами. Для нас это как прилив свежей крови. Интересно наблюдать за зрителем, в каждом городе он разный. Перед «Вассой», пока зрители собираются, я, по задумке режиссера, уже сижу на сцене и начинаю «ловить волну», когда я ее поймаю, мне становится легко. И вот когда мы приехали на «Золотую маску», я сижу перед спектаклем и вдруг чувствую, что ничего не идет, передо мной будто занавес. И я думаю: «Как же я буду дальше?» В Москве зритель жесткий, и вдруг к середине первого акта пошла волна с той стороны, где сидели студенты, у меня даже плечи распрямились! Между зрителем и актером всегда есть что-то неуловимое.

– «Васса Железнова» была написана более ста лет назад. Она по-прежнему актуальна?

– Да, пьеса была написана в 1907 году, но сколько сейчас подобных ситуаций… Такие же проблемы с детьми, все хотят только денег и ничто другое их не интересует. Эта тема в любое время будет звучать. Многие спрашивают: «Почему вы в спектакле постоянно в черных очках?» А в каком случае вы надеваете черные очки? Чтобы от чего-то укрыться, что-то не показать, либо чего-то не увидеть, вариантов немного. Думайте сами. В семье Железновых все боятся, чтобы кто-то прочел их истинные чувства, все добивают друг друга.
 

Комментарии

Все новости рубрики Культура