Грачик Дохолян. Призвание – спасать детские жизни

​Интервью с ведущим детским хирургом области

Более тридцати лет в Курганской областной детской клинической больнице имени Красного Креста трудится известный детский хирург, заведующий операционным блоком Грачик Дохолян. Он успешно применяет современные методы лечения и готовит молодых специалистов. Именно ему сотни раз приходилось спасать детей, днем и ночью проводя сложные операции.

Грачик Мкртычевич работает в детской больнице имени Красного Креста с 1982 года. После окончания педиатрического факультета Алтайского государственного медицинского института он приехал по направлению в Курган и остался здесь навсегда.

– Я пришел в институт после армии, в ноябре, – вспоминает Грачик Дохолян. – Набор был закончен, поэтому вариантов не было – поступать только на педиатрический, хотя я посещал хирургический кружок и всегда знал, что буду хирургом.

Медицина не стоит  на месте

– С тех пор, как вы пришли в больницу, что изменилось в вашей работе?

– Изменилось многое. Конечно, лечение некоторых классических заболеваний практически осталось прежним. Как говорил Гиппократ в IV веке до н.э.: «Там, где гной, там и режь», от этого никуда не денешься. А вот в плановой хирургии многое изменилось, появилась лапароскопическая хирургия, далеко вперед шагнула реанимация. Если раньше после оперирования врожденной патологии пищевода из 13 больных выживали 1–2 человека, то сейчас смертельных случаев очень мало. 15–20 лет назад технически операции проводили так же, просто сегодня реанимационное обеспечение намного выросло.

Что касается подготовки молодых специалистов, то раньше система обучения была намного лучше. Приходили по 5–7 уже подготовленных интернов и на базе нашей больницы учились; они уже знали заранее, что будут хирургами. Сейчас после окончания вуза выходят врачи общей практики, и если надо стать узким специалистом, приходится учиться в ординатуре около двух лет, и только потом они начинают полноценно работать на местах. Не понимаю, как обучение в мединституте может быть платным? Платные пересдачи экзаменов ни к чему хорошему не приводят. Гораздо правильнее вернуться к советской форме обучения, она давала отличные результаты.

– У вас есть ученики, которым вы передали свое дело?

– У меня есть тяга к преподаванию. На протяжении многих  лет я учил студентов в медучилище, в мединституте, учил азам профессии молодых специалистов, которые приходили к нам в больницу, чтобы они знали, по крайней мере, то же самое, что и я. Стараюсь оперировать или ассистировать тяжелые случаи, руководить, подсказывать… Могу похвастаться, что среди моих учеников есть хирург высшей категории, которая работает в больнице им. Красного Креста более 15 лет –  это Марина Анатольевна Кодинцева.

Сложные операции

Грачик Дохолян проводит сложные операции при врожденной диафрагмальной грыже, язвенно­некротическом энтероколите, перитоните и другой хирургической патологии у детей. После операций, выполненных врачом, в течение последних пяти лет послеоперационные осложнения и случаи летальных исходов пациентов сведены к минимуму. Много лет доктор Дохолян занимается проблемами, связанными с ожогами пищевода у детей и их последствиями. Под его руководством в больнице имени Красного Креста активно применяется новый современный и эффективный метод лечения – бужирование пищевода, позволяющий эффективно и безопасно сократить сроки лечения пациентов.

– Так получилось, что в институте, где я учился, завкафедрой занимался химическими ожогами пищевода, – рассказывает Грачик Мкртычевич. – Он разработал жиро­гормональную смесь для лечения ожогов, и все студенты очень близко подходили к этой теме, писали диссертации и кандидатские. Поэтому волею судьбы я стал изучать и лечить химические ожоги пищевода. Мы с коллегами стали анализировать эту тему, и постепенно появилась своя система лечения таких больных и их дальнейшее ведение. У нас неплохие результаты, по сравнению с больницами всей России. В 2005 году я подготовил методическое руководство для врачей­хирургов по лечению химических ожогов пищевода.

– От чего случаются химические ожоги пищевода?

– Чаще всего поступают дети до двух лет, когда случайно выпивают эссенцию или марганец. Если ожог не лечить вовремя, происходит рубцевание пищевода и ребенок перестает кушать. Чтобы не было рубцевания, мы проводим бужирование один­два раза в неделю в зависимости от состояния больного.

– Как родители могут уберечь своего ребенка от этой беды?

– Когда я еще учился в институте, в докладе завкафедрой Михаила Дмитриевича Жукова было сказано, что в странах Прибалтики запретили продажу 70% уксусной эссенции. Это возымело свое действие, ожогов стало меньше. Родителям можно дать простой совет – ставить эссенцию в такое место, откуда ее невозможно достать.

Мастер на все руки

На протяжении многих лет Грачик Дохолян оказывает экстренную помощь новорожденным детям, являясь консультантом по детской хирургии родовспомогательных учреждений города Кургана и Курганской области. Кроме того, доктор занимался лечением такого грозного заболевания, как остеомиелит (воспаление кости). 

– Вместе с коллегой, рентгенологом Александрой Ивановной Сормачевой мы изучили течение болезни у группы больных и вывели такой термин, как «остеомиелитическая настороженность». Всегда надо помнить, что любые царапины – входные ворота для инфекции. А это может вызвать серьезное заболевание остеомиелит, поэтому не стоит ждать, когда рана воспалится, необходимо вовремя обратиться к врачу, сделать компьютерную томографию, поисковую пункцию, чтобы не пропустить начало заболевания. Уже долгое время у нас практически нет больных с хроническим остеомиелитом. Надо отметить, что за последние годы уровень культуры населения повысился, и в медицине стал другой подход.

– Вы обмениваетесь опытом с коллегами?

– Конечно, я регулярно посещаю научные конференции,  неоднократно бывал в Москве, и здесь у нас ежемесячно проводятся дни специалиста. Процесс учебы происходит на протяжении всей жизни. Самая большая ошибка, когда хирург, проработав 20–25 лет, считает, что он уже все знает. Постоянно внедряются новые методы и технологии, медицина не стоит на месте.

– Общаясь с детьми, вам приходится быть психологом?

– С детьми работать несложно. Порой тяжело общаться с родителями, а ведь есть еще бабушки и дедушки, тети и дяди, каждый старается помочь и этим только мешает нормальному контакту. В соответствии с ФЗ № 323 врач может сообщать информацию о состоянии ребенка лишь законным представителям – это родители или опекун. Если мама с папой находятся в отъезде, то должна быть генеральная доверенность на человека, с которым можно обсуждать здоровье ребенка. Когда родители верят врачу, то работать нетрудно, и маленький пациент быстрее выздоравливает.

– Были ли в вашей практике неординарные случаи?

– Запомнился случай, когда привезли новорожденного, у которого отсутствовал пищевод. Он поступил на шестые сутки, все это время его пытались кормить и только потом определили, что у малыша нет пищевода. Поздно поставили диагноз, но я его прооперировал, все прошло удачно.

– Сложно ли морально восстанавливаться после операции?

– Нет, это уже привычка. Врач может всю ночь отстоять в операционной, а утром начинается обычный рабочий день и никого не должно волновать, что ночью он работал. Конечно, если была тяжелая ночь, администрация идет навстречу, но работу за тебя никто выполнять не будет. И все­таки, если бы пришлось выбирать заново, я вряд ли поменял бы профессию.

Светлана Тельминова.

Комментарии

Доброй души человек, умный и порядочный. Любить людей- дело не простое....Желаю здоровья и счастья, Внукам особый привет, Любим тебя!!!!

Оставить комментарий

​В гостях у «Нового мира» депутат областной Думы Максим Харлов

Все новости рубрики Персона